Puppetry (konservator) wrote in psy_pro,
Puppetry
konservator
psy_pro

Categories:

Отзывы на книгу Галины Бедненко "Красавица или Чудовище. Волшебная сказка и индивидуальный миф"

"Было бы неверным полагать, что книга «Красавица или Чудовище» предлагает своему не всегда искушенному читателю простой, облегченный путь познания собственной души и окружающего мира. Наоборот, она помогает увидеть в привычных вещах глубину, позволяющую рассмотреть их в ином ракурсе: подобные открытия происходят и в кабинете психолога, где клиент, рассказывая волнующие его жизненные события, неожиданно обнаруживает в них и определенные закономерности, иную сторону и дополнительные смыслы и, порой, двойственность собственного отношения к ним, предполагающую необходимость выбора".




Галина Бедненко «Красавица или чудовище:  волшебная сказка и индивидуальный миф»


Жанна Сергеева, аналитический психолог

«Секс и власть в культурных комплексах» - так назывался доклад одного из основателей Московской ассоциации аналитической психологии Льва Хегая, прочитанный на II-й ежегодной конференции «Русская душа и индивидуация». Речь там, в частности, шла о настойчивой привязанности психологов – в основном юнгианского направления – к «греческим богам, мертвым религиям и далеким временам», и избегании разговоров о современном мире: «Не греческие, а современные боги нуждаются в исследовании и понимании. Мода, кино, экономика, политика, шоу-бизнес, масс-медиа, Интернет – здесь везде работают архетипы, но об этом юнгианцами написано ничтожно мало».

Понять эту тревогу легко – психологам может быть комфортнее находиться в собственной «башне из слоновой кости», говорить на собственном, только им понятном языке, но в этом случае они оказываются со своими клиентами, реальными и потенциальными, будто по разные стороны баррикад: и на клиентской стороне история Амели может быть гораздо интереснее истории, скажем, Елены Прекрасной, а образ доктора Хауса – намного притягательнее образа Асклепия. Галина Бедненко, в чьей библиографии есть и книги, посвященные деяниям богов и богинь греческого пантеона, в данном случае оказывается ближе тому читателю, который живо интересуется событиями, происходящими непосредственно за его окном, на экране его телевизора или находящегося неподалеку кинотеатра.

Среди статей, вошедших в книгу «Красавица или чудовище», есть не только анализ знакомых, любимых и часто используемых психологами в работе сказок, но и серьезные исследования байкерской культуры, вызывающей в последнее время повышенный интерес вампирианы и причин тяги общества к социопатам. Высокое сочетается с якобы низким, прослеживается, налаживается связь между давним и сегодняшним: цитаты из «Старшей Эдды» соседствуют в книге со строчками из текстов рэп-группы «Каста» и поп-рок-группы «Звери», в большинстве статей анализируются посвященные вышеупомянутым темам кинофильмы, – как подчеркивает автор, кино можно и следует считать современным вариантом мифа.

При этом было бы неверным полагать, что книга «Красавица или Чудовище» предлагает своему не всегда искушенному читателю простой, облегченный путь познания собственной души и окружающего мира. Наоборот, она помогает увидеть в привычных вещах глубину, позволяющую рассмотреть их в ином ракурсе: подобные открытия происходят и в кабинете психолога, где клиент, рассказывая волнующие его жизненные события, неожиданно обнаруживает в них и определенные закономерности, иную сторону и дополнительные смыслы, и, порой, двойственность собственного отношения к ним, предполагающую необходимость выбора. Этот выбор заложен и в названии книги – «Красавица или Чудовище», говорящем также о различных искушениях и ловушках, подстерегающих нас на пути индивидуации, соблазняющих или вынуждающих сделать неверный шаг, после которого впереди оказываются «кривые, глухие, окольные тропы».

Книга Галины Бедненко – и о страхе сделать какой бы то ни было шаг, о желании не принимать вовсе никаких решений, которому посвящены размышления о Вечном подростке и попытках найти в этом образе собственное спасение, не желая взрослеть. «Байкерская культура в наивысшей степени отвечает вызовам подросткового периода и воплощает уловные доминанты отрочества: автономность, демонстративность, расширение границ познаваемого мира, героизацию. Однако идеологически претендует на влияние не только во время юношеских лет и молодости, но на неопределенно длинный срок» - эту цитату можно отнести не только к байкерам, но и к ряду других персонажей нынешней мифологии, на основе которой современный человек выстраивает собственную жизнь. А одним из его первых шагов навстречу самому себе – ибо на поход к психологу надо еще решиться - могло бы стать чтение книги «Красавица или чудовище», которая проясняет многое из того, что происходит сейчас вокруг нас, и знакомит с рядом основных психологических понятий. Оттого психологи могут рекомендовать ее своим клиентам или пользоваться во время работы сделанными автором выводами, исследуя личные мифы клиентов и влияние оных на их жизнь: «Когда миф охватывает человека в реальной жизни, то человек не может смотреть на вещи объективно и трезво, потому что именно миф способен дать особую силу и смысл происходящему».



Юлиана Пучкова, аналитический психолог

Практическим психологам приходится сталкиваться – если они сами не попадают в подобную ловушку – с тем, что их клиенты приносят в консультацию, терапию или анализ какие-то части себя и своей жизни, симптомы и проблемы. Спору нет, без фокусировки работа теряет динамику и превращается в разыгрывание взаимных проекций: клиенту начинают помогать в том, в чем психолог сам счел нужным, клиент разочаровывается или терпит ненужное, а то и вредоносное воздействие. Однако и чрезмерное изолирование одной темы, проблемы или явления лишает работу необходимого смысла в общем контексте жизни человека. При этом, с другой стороны, даже самый тщательный сбор «анамнеза» порой не дает ничего, что позволило бы заглянуть за буквальное значение событий или переживаний.

Концепция мифа как целостная картина мира и всех связей и процессов, из которых он строится, по-видимому, способна давать более обширный ресурс смысла для понимания и помощи клиенту. Взгляд на себя и свою жизнь как на миф позволяет почувствовать общую взаимосвязанность всех его частей – по преимуществу являющихся порождениями искусственных разделений и противопоставлений. Возделывание своей личности как мифологического пространства, нанизывание разнородных и разноуровневых событий на единую образную канву по принципу аналогии, созвучия, синхронии позволяет почувствовать свое единство, единение с собой, целостность и полноту. Порой для этого нужен внешний помощник – профессиональный психолог, но многие разумно обращаются к литературе. И книга Галины Бедненко – редкий представитель того пока до отчаяния малочисленного отряда изданий, которые практический психолог может рекомендовать своим клиентам. Рекомендовать, не боясь, что их оттолкнет герметичная, труднопостижимая (особенно в переводной литературе) система понятий или примитивная поучающая или расслабляющая интонация книг «для женщин» («пост-феминистская умильная женская духовность», по выражению Бедненко).

Похоже, автор – очень впечатляющим образом, заставляющим сопереживать движению мысли, как движениям акробата по канату – избегает и другой стороны пропасти, а именно уже, слава богу, набившей публике оскомину идеи исключительной роли сознательных усилий в переделке себя для достижения личного совершенства и социального успеха. Один из ключевых акцентов книги – возвращение в практическую психологическую помощь уважения к личной воле, силе собственного намерения, ответственности за реализуемые решения и принятие последствий и отклика. То есть той «внешней» части человеческой жизни, которую в психологии часто принято противопоставлять некое «внутренней», всегда спонтанной и якобы гораздо более значимой.

«Классическое ньюэйджевое смещение акцента с объективной реальности в пользу субъективного восприятия» - слова, сказанные автором в одной из своих статей по поводу астрологии*, вполне можно отнести и к нарушению баланса в психологической практике. Упирая на важность и приоритет субъективной интерпретации, зачастую в психологической работе мы снижаем (если не вообще отрицаем) значимость объективных обстоятельств, действий и их последствий, ответственности за свои поступки. Это лишает человека ощущения хоть какой-то управляемости собственной жизни. Причины и ответственность возлагаются на кого угодно – врожденные свойства, детский опыт, культурные или социальные обстоятельства – только не на себя, и человек остается бессилен что-либо изменить. Тогда субъективность становится ловушкой, в которую можно спрятаться от жизни и продолжать наступать на грабли некоего «сценария», который якобы детерминирует все жестко и безвозвратно.

Особенно выпукло эта сложная тема звучит в главах, где речь идет о женских сказках. Трудно отнести на счет случайности тот факт, что упомянутый перекос в сторону субъективности цветет сегодня в практической психологии как женской сфере деятельности. В консультирование, терапию, анализ – по обе стороны процесса – сегодня в основном идут женщины, они и специалисты, и клиенты (во всяком случае, в России и по соседству). В авторской позиции ощущается возвращение здоровой энергии Анимуса, дающего женщине необходимый контакт с «внешней» или объективной реальностью, позицию самодостаточности, активности, ответственности, некоего мужского мускула, сообщающего импульс поступательного движения мысли и действию.

Автор сохраняет равновесие между двумя крайностями и позволяет отчетливо уловить золотую, необходимую и спасительную середину – диалог, в котором, как в нормальном судебном процессе, следует выслушать обе стороны. Тогда личная судьба рождается не как пассивный продукт каких-либо обстоятельств, но и не как результат добровольно-принудительных усилий сознания (опирающегося на иллюзорную независимость), а как плод соединения разделенных полюсов (conjunctio Юнга), динамическая траектория собственного сюжета. Услышать «вызовы и ответы индивидуальности», выстроить и ощутить связь с Самостью, не поглощающей, не оставляющей, а питающей и призывающей Эго найти и пройти свой путь, построить и узнать свой мир и себя и быть достаточно устойчивым и чувствительным к мирам других – соседствующим или общим с нами. Идет ли речь о проживании архетипов сезонности, различных сказочных сюжетов, возрастных «вызовов и ответов индивидуальности» (аналогия с историческими закономерностями развития общества), отношениях с внутренними и внешними стимулами и давлением, субкультурными образами и моделями, - автор показывает продуктивность такой диалогической позиции для личного и профессионального опыта.

С этой точки зрения каждая глава книги, каждая статья, вошедшая в сборник, говоря о различных феноменах, сюжетах, социальных и методологических вопросах, поддерживает две эти линии – важность самодостаточной личной воли и мифологизации взгляда на жизнь. «Держать ответ перед своей судьбой можно только душевной силой, волей и осознанием процесса. Тогда это будет индивидуальный мифологический шаг внутри своего Большого сюжета, своего мифа».

Здесь вновь хочется подчеркнуть ценность такого взгляда не только для личного, но и для профессионального опыта практических психологов. Практика профессионального внерелигиозного обращения к душе, начиная с фрейдовского психоанализа до наших дней, претерпела различные крайности, и в нынешней реальности специалисту (если он не прячется за постулатами одного метода из корпоративной лояльности) приходится выдерживать большую степень неопределенности, прокладывая свою траекторию, создавая свой рецепт целительного эликсира, который мог бы и помогать клиентам, и поддерживать самого практика. Например, статья, чье название вынесенной в заголовок книги «Красавица или Чудовище», прямо указывает на опцию рассмотрения ее как исследования – и сказочного, и мифологического - процесса психотерапии, ее соблазнов, ожиданий, страхов, открытий, потерь и спасений. В других главах книги также можно усмотреть различные аспекты и феномены психологической работы, - взаимные проекции, перенос и контрперенос, развитийный подход, открытие Тени, Анимы и Анимуса, вопросы адаптации и социализации.

Книга Галины Бедненко – одна из тех, что стремятся «не дать завершиться внутреннему диалогу» (процитированные в книге слова Дональда Винникотта), а это открытие подросткового возраста, по-видимому, всегда актуально для профессионала, поскольку поддерживает энергию становления – как в масштабе индивидуального профессионального пути, так и в развитии психологического сообщества. В конце концов, все «мы выстраиваем нашу внутреннюю реальность шаг за шагом, как внутренним, так и внешним, с каждым своим решением или суждением»**.

* Юлия Косорукова, Галина Бедненко. Идеология и современная культура Нью Эйдж как кризис пост-христианской цивилизации
** Бедненко Г.Б. Образы и сюжеты внутренней реальности как реконструкция личного мира: ловушка подхода

(с) Юлиана Пучкова, 2012
(с) Пряхи, 2012

Опубликовано также: "Флогистон"

Tags: аналитическая психология, книги, мифы, сказки
Subscribe

  • Прошу совета: как обозначать границы, как выражать эмоции

    День добрый! Хочу обратиться за помощью по двум вопросам. 1.Поняла, что совсем не умею грамотно обозначать свои границы. Сначала увидела на…

  • Переживания

    Если исходить из того, что переживания рождаются на границе контакта со средой, то встает закономерный вопрос: могу ли я сам вызвать в себе…

  • Сильван Соломон Томкинс

    102 года назад 4 июня 1911 года в Филадельфии, в семье эмигрировавшего из России зубного врача родился будущий выдающийся психолог Сильван Соломон…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments